Маша Ламзина: «Я не делаю актуальные принты для целевой аудитории, я делаю красоту для всех»

11419957_10206237768799412_1822657428_n

О носках в горошек

Когда я была подростком, переживал свой расцвет журнал «Ом». Папа купил мне подписку, журналы приходили в Михайловку с опозданием в несколько месяцев, и я ждала этого события как чуда. Вся визуальная часть журнала меня невероятно вдохновляла. Одно из самых ярких воспоминаний — реклама носков Comme des Garçons в горошек. Сейчас таким узором никого не удивишь, а тогда это был просто разрыв шаблона. Я несколько месяцев вязала себе гольфы в горошек, а потом гуляла в них по селу. Уже тогда мне нравилось выглядеть стильно и модно. И возможно, я пришла в моду именно потому, что росла в то время, когда ничего нельзя было купить, и если ты хотел выделяться, то должен был создавать одежду сам.

О чудовищном

В университет я поступила на дизайн интерьера, потому что выиграла конкурс «Юный дизайнер». Но начиная со второго курса участвовала в фэшн-конкурсе «Пигмалион», проводившемся в университете, — у меня бы просто сердце разорвалось, если бы он проходил без меня. На пошив первой коллекции я взяла деньги у родителей — в ателье сделали платья по моим эскизам и получилось нечто чудовищное. Называлась коллекция «Какой ты, когда не придумываешь себя» — это цитата из книги Гюнтера Грасса «Из дневника улитки», которая была на тот момент моей любимой. Спонсировать вторую коллекцию родители наотрез отказались, шила сама, взяв швейную машинку у подруги. Третью коллекцию уже отметили члены жюри, и то, что у меня отсутствовало специальное фэшн-образование, только сыграло мне на руку.

...

О культурном шоке

После окончания университета я уехала в Москву, где и начала готовить коллекцию для конкурса поддержки молодых талантов в области дизайна its — International Talent Support. Премию в 2002 году учредила модный эксперт Барбара Франчин. Членами жюри в разные годы были Марина Абрамович, Эвелина Хромченко, арт-директор Diesel Никола Формикетти, директор Института костюма Метрополитен-музея Гарольд Кода. Конкурс ориентирован на привлечение ребят из тех стран, где дизайнерские школы не так сильны, как, например, в Европе, и которые, по сути, не имеют возможности заявить о себе миру.

Поэтому на официальной страничке конкурса очень подробно излагаются условия участия и требования к оформлению портфолио. Я все выполнила как нужно — помог опыт работы графическим дизайнером — и меня пригласили участвовать.Конкурс проходит в Италии — это был мой первый выезд за границу. Конечно, меня ждал культурный шок: для нас мода и показы — это знаковые события, а для организаторов и участников — повседневность.

Каждый день я видела невероятно стильных людей, для которых носить эту одежду было обычным делом. В тот раз я ничего не выиграла, но мою коллекцию заметили и меня пригласили на трехмесячную стажировку в Париж в Дом моды Джона Гальяно.

11272120_10206237769319425_1848820303_n

О модных школах

В мировой моде есть узнаваемые школы, которые базируются на определенной системе образования. И даже если студент приходит со своим уникальным видением, вкусом, эстетическими предпочтениями, преподаватели очень скоро встраивают его в общую систему. В одной школе студенту скажут: развейте свой концепт до идеального кроя, — в другой предложат поэкспериментировать, полив, например, воздушной пеной, в третьей попросят сделать силуэт вязаным.

Помню, как меня поразила коллекция японского дизайнера, я не понимала, как в принципе можно было создать такое. А когда увидела пять коллекций японских дизайнеров на одну и ту же тему, стало понятно, что у них просто разработана технология кроя и в рамках этой технологии они экспериментируют.

О рождении фишки

Меня всегда вдохновляли стенсил-граффити, когда делается трафарет и поверх него из баллончика распыляется краска. Таких одинаковых рядов можно сделать много, и получится что-то из поп-арта. Искусство граффити к тому же запрещенное, и заниматься им — это всегда бросать вызов общественному мнению, идти на провокацию. Живя в Москве, я однажды решилась: сделала трафарет, пошла к стене на своем районе, которая уже была частично покрыта граффити, чтобы внести свой небольшой вклад — добавить изображение симпатичного песика. Сфотографировала то, что получилось, и довольная пошла домой. Этот трафарет так и валялся на балконе, пока однажды я не придумала побрызгать через него на ткань хлоркой.

Пятно получилось очень размытое, но собачка все равно читалась. Дальше уже был вопрос техники — как сделать изображение максимально контурным и четким. Первую свою коллекцию с принтами я сделала полностью вручную: сама вырезала трафареты, ткань заклеивала бумажным скотчем, чтобы она не расползлась от хлорки, трафареты обводила карандашом, а потом прорезала — работа была чудовищно трудоемкой. Я снова послала заявку на этот же конкурс и образцы работ. И меня пригласили во второй раз, хотя это обычно не делается. В итоге я выиграла специальный приз жюри.

11310951_10206237769279424_836431326_n

О различиях моды и спорта

Мне не очень понятна конкуренция среди дизайнеров. Если кто-то занял первое место, это отнюдь не значит, что все теперь должны делать как он. Это же не спорт. Да и в спорте есть много направлений: кто-то кулаками машет, а кто-то цветными лентами. И дизайнеры с близким эстетическим чутьем должны не конкурировать, а дополнять друг друга. Один раз в своем блоге я подробно расписала технологию производства принтов, и кто-то из друзей сказал: «Зачем ты это сделала? Сейчас все начнут». На самом деле, если начнется мощное движение по хлорированию ткани, я буду только рада. Понятно, что в этом случае я перестану быть единственной и уникальной, но уникальной меня делают не хлорированные принты. Я легко могу направить свое упорство и талант на что-то другое.

О целевой аудитории

У моих коллекций нет конечного потребителя, то есть я не вижу никаких ограничений — ни по возрасту, ни по комплекции. Это в общем как с религией: в храм человек может и прийти в скромном платочке, и приехать на «ламборгини» — и каждый имеет право туда зайти и там находиться. Я этим занимаюсь, и у меня нет никаких сомнений в том, что это круто. Я не ставлю своей целью распродать все побыстрее — мне хочется, чтобы люди влюблялись в одежду.

Об отрицании актуальности

Просто кому-то больше нравится золото, а кому-то дерево. Моя стилистика ближе к дереву: она не блестит, но если человеку нравится фактура природы, то моя одежда ему пойдет. Я не создаю вещи, ориентированные на сиюминутность, в голове не укладывается, как моя коллекция может быть модной в этом сезоне и немодной в следующем. Я не делаю актуальные принты — я делаю принты, которые сама считаю красивыми.

О гибкости

Как человек, который занимается йогой, могу сказать: йога — это не обязательный подъем в шесть утра, медитации и витаминный коктейль на завтрак. Йога — это гибкое отношение к миру, людям и себе. Если я всю ночь работала и ложусь спать в шесть утра, то в восемь я уже никак не встану. Если в путешествии меня ждет длительный переезд на автобусе, я могу поесть жареной индийской еды с лотка за 10 рупий, и она мне не сильно навредит. Иногда человек так увлекается практиками, что забывает, зачем этим занялся, и только наслаждается осознанием того, какой он теперь классный. Йога — это не наслаждение своим имиджем, йога — это про то, что мир вообще классный, и все по-своему хорошие, и все единая душа.

logo-mig

Запись Маша Ламзина: «Я не делаю актуальные принты для целевой аудитории, я делаю красоту для всех» впервые появилась Метрополь.

blog comments powered by Disqus

Добавить комментарий



Последние посты