Кровавое наследие Джона Карпентера

Нет ничего лучше, чем спасаться от осени визуальным харакири Джона Карпентера, одного из самых недооцененных режиссеров золотой эпохи Голливуда, каждый фильм которого — культ и маленькая смерть. Такие хорошие режиссеры как Карпентер на дороге не валяются. Они валяются на диване. Можно сказать, что с 1996 года старик почти отошел от дел, изредка разменивая талант на очередную халтуру, типа «Вампиров» с Шерил Ли и «Сигаретного Ожога» с Удо Киром. Сегодня 65-летний Карпентер предпочитает отдыхать, проедая роялти и бонусы пенсионной страховки, и сочинять музыку к компьютерным играм, вдохновляя новое поколение электронных музыкантов — гуглите carpentercore.

1Второй большой фильм в фильмографии Карпентера с небольшим бюджетом в $ 100,00 — пульсирующий бит экшна с первых минут и старая добрая криминальная Америка, заваленная трупами, когда на улицах насиловали и убивали каждые полсекунды. Мощный микс атмосферы страха «Ночи живых мертвецов» и цинизма «Рио Браво» зазубренным лезвием приятно чиркает глаз. Обнажите тела и купайтесь в луже крови.

2

Хэллоуин — это не только очередной студенческий праздник, но и одна из самых популярных злодейских киносерий а ля «Кошмар на улице вязов» и «Очень страшное кино». Карпентер снял самый первый фильм в длинной череде продолжений, но не оставил свое детище, время от времени, направляя дальнейший сюжет с помощью дирижерской палочки и продюсерского ремня с величественной бляхой. Благодаря «Хэллоуину» о Карпентере впервые заговорили с придыханием и миллионы постелей остались мокрыми. Именно эта картина породила такой жанр, как слэшер.

...Далее...

Очень плохое кино-2

Уверен, что когда я умру и предстану перед Б-гом, тот посмотрит на меня и скажет: «Ты же тот самый парень, что смотрел все эти плохие фильмы во имя человечества! Ты – праведник и попадешь в рай, где будешь смотреть только первые части плохих фильмов». А вот грешники попадут в ад, где будут смотреть только вторые части плохих фильмов, даже не зная, что было в первой серии! Мне жаль этих людей.

Ниже — обзор вторых частей, которые должен посмотреть любой человек, стремящийся избежать геенны огненной, очиститься еще при земной жизни и попасть в рай. Смотрите вторые части! Мы вернемся к разговору о вторых частях в тексте «Вторая часть: вторая часть», а также в тексте «Третья часть: вторая часть». Следите за обновлениями на МТРПЛ.

 

1

Чернокнижник 2 – это не «Чернокнижник 1» и даже не «Чернокнижник 3»! «Чернокнижник 2» – это средоточие всего самого гениального, что только произошло в американском кино за всю историю его существования. Третья серия – дешевка. Первая – претензия на концептуальный хоррор. Стив Майнер слишком старался, чтобы не сделать обычный фильм ужасов, и поэтому картина получилась слишком хорошей для того, чтобы быть плохой, и слишком плохой, чтобы быть хорошей. Только в России первый фильм пришелся по вкусу публике, которая была готова схавать все, что бы ей ни подсунули на кассете и ни прорекламировали по ТВ. Но в первой серии чернокнижник был лохом. А вот во второй он родился от сотоны. Он умеет летать, ходить по воздуху и стрелять из пальца! Почти как Клинт Иствуд. Только Клинт Иствуд лишь делал вид, что умеет стрелять из пальца, а чернокнижник реально стрелял! И если бы не народ друидов, сын сотоны сделал бы все задуманное и поработил бы землю. Дуглас Хикокс (автор второй части) – один из величайших американских режиссеров – сделал шедевр, который так никто и не оценил. Кроме меня, разумеется.

...Далее...

Николай Хомерики: „Кино — это вам не балет и не флейта“

 

— В отличие от большинства российских режиссеров, вы путешествовали по Европе, учились снимать кино у тамошних мастеров. Расскажите, как это получилось?

У нас был такой порыв по молодости — мигрировать. Годы были такие, все хотели. В Голландию поехал изучать финансовый менеджмент, потом мы с другом создали в Бельгии свою фирму. Она была нужна больше не для бизнеса, хотя бизнес мы организовали – торговали бытовой химией, — а скорее для того, чтобы получить вид на жительство и переехать. Но вида на жительство нам не дали, и одновременно я поступил на высшие режиссёрские курсы, вернулся в Москву и уже находился здесь до того момента, как  поступил во французскую киношколу.  Там я проучился четыре года, а потом уже насовсем вернулся сюда.

 

— Смена профиля с финансового менеджера на режиссера выглядит странновато.

— Да ничего странного, высшие режиссёрские курсы для этого и существуют. Профессия режиссёра — это не балет и не флейта, которыми надо заниматься с детства. Для неё как раз нужен какой-то жизненный опыт. Когда люди в какой-то момент понимают, что они не тем занимаются, они могут сменить профессию. Кино это позволяет, в отличие от флейты. И прекрасно, что есть  такие заведения, как высшие режиссёрские курсы. Сейчас уже открылось много других школ аналогичного профиля, в одной из них я преподаю.

...Далее...

Культовые экранизации

Даже культовым книгам трудно сегодня конкурировать со своими экранными копиями ввиду того, что кино — самый пассивный вид искусства. У Стэнли Кубрика в «Заводном апельсине» (по книге Энтони Берджесса) есть сцена, когда главного героя воспитывают с помощью фильма, смотреть который принуждают, насильственно открыв ему глаза. Это мощнейшая метафора кино — достаточно открыть глаз, и ты его уже воспринимаешь. Зрителю совсем не нужно прикладывать особые усилия для того, чтобы, как выражаются немецкие философы, полностью исполнить произведение искусства, то есть постигнуть его во всей его полноте. Фильмы просто проглатываются зрителем за полтора часа, в то время как на книгу нужно потратить несколько дней.

b-0

В начале сентября запланирован DVD и Blu-Ray релиз последнего фильма Мишеля Гондри «Пена дней» по одноименной культовой книге Бориса Виана. Поклонники Виана успели посмотреть картину еще в начале июля, а неофиты с интересом дочитывают «оригинальный сценарий», что соответствует логике рынка — желанию копнуть глубже и прикоснуться к первоисточнику после шумной экранизации. Эта вполне обыденная схема знает множество примеров. Помню, как после премьеры «Парфюмера» плевались все, кто еще десять лет назад с пеной у рта делились впечатлениями от прочтения Патрика Зюскинда. Тут мы сталкиваемся с иерархией крутизны, когда «народная любовь» понижает в статусе объекты культуры (если под культурой иметь в виду некую территорию, на которой ведется борьба кодов и символов за наш статус в оценивающих глазах окружающих), которые раньше могли претендовать на звание лучших образчиков просвещения. Но существует и ряд удачных экранизаций, когда книга и ее экранная версия сливаются воедино, дополняя друг друга. Когда смотришь и думаешь: «Вот так я себе это и представлял, один в один».

...Далее...


Последние посты