Perturbator: «Музыка — ворота в воображаемый мир городов будущего»

Perturbator_

Многие уверены, что Perturbator — это бескровный человек-синтезатор, оголенные провода и машинерия неона. Расскажи о себе — когда ты начал заниматься музыкой и можно ли сказать, что она всегда была твоей страстью?

Меня зовут Джеймс Кент, я — 22-летний парень, живущий в Париже, который большую часть времени проводит дома за прослушиванием-созданием музыки и просмотром старых фильмов, преимущественно плохих. Мне трудно вспомнить, когда именно я стал заниматься музыкой, но точно могу сказать, когда начал работать над Perturbator — в 2011 году, после ряда других малозначительных музыкальных интервенций. И да, действительно, музыка всегда была моей страстью — еще с тех пор, как в возрасте 6 – 7 лет я посмотрел сборник лучших видеоклипов Reinventing Hell группы Pantera на DVD. Именно тогда я понял, что хочу заниматься только этим.

Интересное детство.

Скажем прямо, мне повезло: я вырос в семье металхэдов и хард-рокеров, к тому же мои родители работали тогда (как и сейчас) музыкальными обозревателями, поэтому в доме у нас постоянно играла совершенно разная музыка, 24 часа в сутки и 7 дней в неделю, от Depeche Mode до Slayer. Безусловно, столь широкий стилистический рацион не мог не отразиться на моих музыкальных предпочтениях. Но при этом со стороны родителей не было никакого принуждения, никто не отдавал меня в музыкальную школу, где меня «лупила бы преподавательница по фортепиано»; наоборот, музыка — это то, к чему я пришел сам, это просто случилось и все. А родители поддержали мои начинания, сказали: «Круто!»

...Далее...

Все там будем: что говорить у алтаря?

Когда-то я писал о сопроводительных письмах — некоем обещании кандидата потенциальному работодателю быть лояльным, надежным и во всех отношениях блестящим сотрудником. Что-то вроде гарантийного письма, в котором человек сообщает бизнес-структуре о своей давней мечте к ней присоединиться и годами ни о чем более не грезить. Обе стороны при этом делают вид, что верят каждому слову. Теперь я вспомнил другую интересную традицию, называемую «брачным обетом». Не путать с обедом. Брачные обеты были изобретены еще в Древнем Риме, где малоимущие молодожены вместо подписания документа приносили клятву на словах, что вступили в брак. Чтобы после не было недоразумений, все это делалось при свидетелях. Богатые же римляне фиксировали имущественные права каждого из молодых и оформляли их документально. За две с лишним тысячи лет прогресса институт брака повидал разное — к слову, ваши френдленты сегодня инкрустированы радугой именно в честь последних побед на брачных фронтах. Свадебные обеты, которые являлись неотъемлемой частью ритуала, определенной церковными уложениями, уже давно, более ста лет назад, перестали быть обязательными атрибутами брачной церемонии, но традицию просто так не задушишь.

1 Что говорить у алтаря Традиционный свадебный обет представляет собой набор клятв, основанный на тексте церковного брачного соглашения. Будущие супруги, обмениваясь кольцами около алтаря, обещают друг другу то, в чем не только не уверены, но и не могут быть уверены в принципе. Можно сказать, пытаются заклинать будущее доступными способами....Далее...

Иран с открытым лицом

1 иран

Иран — страна-загадка, одно из белых пятен на карте современного мира. После Исламской революции 1979 года двери в страну захлопнулись, и жители некогда одной из наиболее могущественных держав мира оказались в условиях домашнего ареста, информационной и моральной изоляции. Двадцать лет 80 млн человек варились в собственном соку. Затем революционеры умерли, государственный строй начал меняться. Иранцы открыли глаза, взглянули на мир вокруг и с интересом начали его изучать. Казалось бы, появились предпосылки выхода из коллапса, в который страну загнали предыдущие лидеры. Но новые политики продолжили вбивать в крышку гроба репутации Ирана новые гвозди: разговоры о ядерном оружии, перспективы мобилизации 20 % населения, бравурные речи о том, что настоящий иранец сделает с американцами. В глазах населения планеты страна превратилась в сестру КНДР и Афганистана. Что же на самом деле скрывается за железным занавесом?

Иран шокирует. Здесь чертовски красиво. Красные скалы соседствуют с туманными лесами, с горных серпантинов открываются потрясающие виды на плато, окаймленные необычной формы валунами. Золотые пустыни охраняют оазисы, среди которых раскинулись города из мультфильмов про Аладдина.

Иранская молодежь все чаще выбирается в парки, чтобы обнять друг друга на людях, а не за закрытыми дверями, как раньше. А за закрытыми дверями тем временем проходят вечеринки вполне американского размаха: алкоголь льется рекой, на столах лежат наркотики всех видов, а по комнатам под национальную музыку с ножами и огнем кружатся прекрасные персидские парни и девушки. Иран удивительно гостеприимен: каждый день нас приглашали в гости десятки незнакомцев.

...Далее...

Логика Ритма 3.6

logika_ritma_3_6

Logika Ritma 3.6 by Logika Ritma on Mixcloud

Треклист:

Mujuice — Geist Conforce —  Blue Note Meat Beat Manifesto — Lurker Rob Clouth — Deep Field Redshape — The Rift...Далее...

Почему древние люди не видели синий цвет

1 ¦Я¦-TЗ¦¦¦-TГ ¦+TА¦¦¦-¦-¦¬¦¦ ¦¬TО¦+¦¬ ¦-¦¦ ¦-¦¬¦+¦¦¦¬¦¬ TБ¦¬¦-¦¬¦¬¦Ж Как известно, в «Одиссее» Гомер описывает «море цвета темного вина». Но почему «цвета темного вина», а не «темно-синее» или «зеленое»?

В 1858 году ученый Уильям Гладстон, который позже стал премьер-министром Великобритании, заметил, что это не единственное странное описание цвета у великого грека. Несмотря на то, что поэт в каждой песне приводит описания сложных деталей одежды, доспехов, оружия, черт лица, животных и многого другого, упоминаемые им цвета кажутся странными: железо и овцы — фиолетовые, мед — зеленый.

Гладстон решил подсчитать, сколько раз упоминается в книге каждый из цветов. Черный встречается около 200 раз, белый — приблизительно 100, а вот остальные цвета упоминаются редко: красный — менее 15 раз, желтый и зеленый — менее 10. Изучив другие древнегреческие тексты, Гладстон обнаружил ту же закономерность — в них не было ничего, что описывалось бы как «синее». Такого слова даже не существовало. 2 ¦Я¦-TЗ¦¦¦-TГ ¦+TА¦¦¦-¦-¦¬¦¦ ¦¬TО¦+¦¬ ¦-¦¦ ¦-¦¬¦+¦¦¦¬¦¬ TБ¦¬¦-¦¬¦¬¦Ж Гладстон предположил, что это, возможно, было уникальной особенностью греков. Но филолог Лазарь Гейгер продолжил его исследования и выяснил, что эта закономерность прослеживается и в других культурах.

...Далее...

Нелюди умирают по пятницам: топ перестроечного кино

Нет повести печальнее на свете, чем история о становлении независимого кинематографа в эпоху гласности. Все началось в мае 1988-го, когда в силу вступил закон о кооперации, легализовавший предпринимательскую деятельность в СССР. Чиновники Союза кинематографистов бились в эпилептическом припадке: кино превратилось в товар, который можно было произвести в частном порядке и продать, минуя все бюрократические блокпосты. Хлынули черные деньги, и братва кинулась обналичивать их через кооперативы: пожитки, собранные честными тружениками тольяттинского машиностроительного завода, инвестировали в лубочную культуру. Механика была понятна и дождевому червю: в смету затрат на производство фильма вписывали сумму в несколько миллионов рублей, затем кооператив откатывал обратно в меценатский карман 95 % от суммы, а на остаток снимался очередной шедевр — если, конечно, эти крохи не разворовывали внутри кооператива. Качество продукта интересовало новоиспеченных продюсеров в последнюю очередь, поэтому кинокритики взирают на становление независимого кинематографа конца 1980-х – начала 1990-х как на могилу высокого советского стиля. А около 80 % отснятого материала так и не дошло до зрителя.

Естественно, для отмыва денег кинопрофессионалы были нужны как собаке пятая нога — задача стояла иная: произвести дешевый продукт и продать его втрое дороже. По законам рынка условия диктовал тот, кто нашел деньги, поэтому вчерашняя позолоченная шпана в пиджаках сновала там и тут, раздавая советы операторам да приглядывая за своими любовницами, решившими стать актрисами, — один в один как в линчевском «Малхолланд Драйв»: This is the girl!...Далее...

Столетняя история тинейджеров

1 Столетняя история тинейджеров

В 1944 году журнал Life открыл миру новое поколение американцев. «Тинейджеры» — представители «прекрасного, беззаботного, энергичного, веселого и счастливого общества». Где до этого мы могли встретить подростков как особый социальный пласт с собственной культурой? Пожалуй, нигде. Например, во времена, когда Шекспир писал «Ромео и Джульетту», у молодежи не было собственной тусовки, их круг общения ограничивался семьей, в брак можно было вступить уже в семилетнем возрасте, и вполне закономерно, что самая известная в мире влюбленность окончилась трагически. А уже в фильме Франко Дзеффирелли 1968 года мы видим прекрасного семнадцатилетнего Леонарда и счастливую пятнадцатилетнюю Оливию — героев обнадеживающе невинного подросткового романа. Что же до журнала Life, выделившего тинейджеров в особую группу, то он в это время фотографировал носителей этого гордого звания, которые устраивали беспорядки на территории университетов.

2 Столетняя история тинейджеров

Однажды Марк Твен заявил, что размышляет над тем, чтобы написать великий американский роман — сиквел «Тома Сойера», в котором читателю предоставляется выбор между двумя альтернативными концовками: в одной Том оказывался на Капитолийском холме, в другой — на виселице.

...Далее...

Петь и умереть в подвале: русский андеграунд 90-х

Статья подготовлена при помощи журнала Sadwave.com

1 русский андеграунд 90-х

Из всех российских исполнителей, так или иначе продолжавших дело Swans и музыкантов британского эзотерического подполья: Psychic TV, Nurse with Wound и Current 93, — московская группа Театр Яда и ее лидер Ян Никитин делали это, пожалуй, убедительнее и талантливее всех. С англоязычными мистиками-экспериментаторами проект Никитина роднил не только многослойный и тягучий, забирающийся под кожу звук, в центре которого нередко находилась акустическая гитара и то шепчущий, то срывающийся на крик голос вокалиста, но и увлечение Яна оккультизмом и авангардной поэзией, а также его фантастическая плодовитость. С 1997 по 2012 год группа выпустила более 20 альбомов, и это не считая сольных проектов Никитина, а также совместных работ лидера Театра с музыкантами различных дружественных коллективов. По словам друзей, в последние годы жизни Ян записывал в год чуть ли не по 10 альбомов-сборников, которые выходили настолько плотным потоком, что даже преданные поклонники, испытывавшие перед Театром Яда почти сектантское благоговение, с большим трудом могли систематизировать эти больные экзистенциальные откровения.

К счастью, в нашем топе не будет всем известного «Рокки-4» и «Рэмбо-2», и «Красной жары» то же не будет, а еще не будет «Красного рассвета» с тимуровцами во главе с Патриком Суэйзи и «поддатого» космонавта Льва Андропова в ушанке из «Армагеддона», и даже «Солт» с приключениями лысого «орешка» в России мы оставим за кадром — только отборная матрешка.

1 руссичи в кино Не фильм, а чистое харакири — вечная мерзлота, вездесущее КГБ, многокилометровые очереди за туалетной бумагой и холодильник, в котором из продуктов только водка. В таких нечеловеческих условиях не живет, а существует главный герой картины — скромный музыкант Владимир Иванов (Робин Уильямс), играющий на саксофоне в оркестре советского цирка и как две капли воды похожий на Игоря Талькова в лучшие годы. Вместе со своим другом Анатолием, который люто ненавидит советскую власть и постоянно скулит, но при этом ездит на белых «Жигулях» 5-й модели, он едет на гастроли в Америку, где дезертирует подальше от режима и агентов кровавой гэбни и просит политического убежища в Эльдорадо — хочет холоп дышать свободою да пить виски с содою.

...Далее...

Буэнос-Айрес: сладкая жизнь на фоне вечного кризиса

1 буэнос айрес

Кого ни спроси, у каждого портеньо есть как минимум итальянская бабушка, которая готовит такие рррравиоли — пальчики оближешь. Итальянское бросается в глаза и в общепите: кажется, портеньос не едят ничего кроме пиццы (которую называют «пикса»), пасты и мороженого. Такая идеальная диета шестиклассника, которая за пару недель способна лишить вас человеческого облика. Есть еще эмпанады и стейки — но это уже из раздела сугубо аргентинского. Мясо здесь не просто незаменимая часть гастрономической культуры и предмет национальной гордости, мясо — это помешательство. Одержимость мясом накладывает отпечаток на быт аргентинцев: так, знакомая из Кордобы позвала меня на барбекю, а когда я сказала ей, что не ем мясо, она рассмеялась и ответила, что «барбекю» они называют любую встречу друзей, даже прогулку в парке. Впрочем, чего еще ожидать от страны, где говядина стоит дешевле помидоров.

Ужинают аргентинцы в районе 10 вечера, а в клубы здесь принято выбираться не раньше 3 часов утра, коротая время на дружеских previas — домашних вечеринках, которые проводятся по принципу «принеси то, что будешь пить». Сами аргентинцы этот вопрос в большинстве случаев решают в пользу фернета — итальянского травяного ликера, который они традиционно смешивают с колой. Первый опыт с фернетом — это всегда боль: кажется, что тебе подсунули подслащенную газировкой настойку эхинацеи пурпурной для укрепления иммунитета, сейчас из соседней комнаты выйдет бабушка и, покачивая головой, произнесет: «Выпивать ты выпивай, а о здоровье не забывай». Однако после нескольких алкогольных сеансов фернет органично входит в вашу новую аргентинскую реальность, равно как и мате, один из символов страны. Мате пьют все, в любую погоду и всегда в компании. Напиток является лучшей аллегорией пресловутого южноамериканского коллективизма. Мате, как и фернет, редко кому-то нравится с первого раза, но ритуалы с многочасовыми посиделками в парке в кругу малознакомых людей, передающих калебас по кругу, оказывают гипнотический эффект, и довольно скоро вы обнаруживаете себя прочно завербованным в травяную секту.

...Далее...


Последние посты